Воронцов в Алупке
 Главная - Воронцов и его Алупкинский дворец     100 великих дворцов мира  Книги о Крыме   
Заголовок меню
А. Р. Андреев - История Крыма
Лев Гумилев - Древняя Русь и Великая степь
Татьяна Фадеева - Тайны горного Крыма
Лев Гумилев - Этногенез и биосфера Земли
Лев Гумилев - История народа хунну
Юрий Мизун, Юлия Мизун - Ханы и князья. Золотая Орда и русские княжества
Лев Гумилев - От Руси к России
В. Г. Шавшин - Бастионы Севастополя
Литвин Г. А., Смирнов Е. И. - Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г - май 1944 г)
Евгений Тарле - Крымская война
Иоганн Тунманн - Крымское ханство
Эберхард Паниц - Потерянная дочь

шее, что-нибудь о близком мире, о новой жизни. Но тут говорить начал он. Он обвинял себя в том, что всегда позволял себе плыть по течению, как бревно. У других была в жизни своя дорога, а у него — нет. «Почему же нет?» — спросила я. «В одиночку трудно идти своей дорогой».— «Это верно. Если живешь так, как мы, то топчешься на одном месте. У нас никого не было, не было друзей, даже друг для друга мы были чужими». Он кивнул и тяжело вздохнул. Потом сказал: «У меня был один друг. Когда он выйдет на свободу, я пойду к нему. Мы пойдем к нему. Нам и раньше надо было ходить к нему почаще». 

Я чувствовала его дыхание, лицо в темноте было неразличимым. Но я представляла его так же ясно, как в самый светлый день: седые волосы и изборожденный морщинами лоб. Все эти годы он не знал ни минуты отдыха и потому изменился до неузнаваемости. Вдруг он резко поднялся и спросил: «Ты ничего не слышишь?» Я слышала, с того берега звали: «Паромщик! Паромщик!», этот крик частенько пугал нас во сне. «Мы теперь не паромщики,— сказала я.— Мы не слышим. Парома больше нет!» Но после нашего разговора он размяк, к нему вернулось его прежнее добродушие. Он поспешно застегнул пиджак, коричневый пиджак в елочку, немного измятый. «У нас еще есть лодка,— возразил он.— Не могу я спокойно слушать, когда так зовут. Голос молодой; наверное, совсем мальчик». 

Его шаги поспешно удалялись, и через несколько секунд я уже слышала удары весел, однотонные всплески, которые постепенно затихали, пока совсем не смолкли. Стрельба прекратилась. Даже скрежет танков, который постоянно сопровождал нашу жизнь, умолк. Неделями я не знала ни часа отдыха, и сейчас, когда я неподвижно лежала в ожидании, все тревожные мысли разлетелись, меня сморил сон. 

Я проснулась оттого, что кто-то остановился перед нашим домом. По-прежнему было темно и тихо. Я никогда не узнаю, прошли минуты или часы. И что произошло на том берегу, пока мое сознание было отключено, покрыто мраком неизвестности. 

В дверях стоял не кто иной, как белокурый солдат, который оставил здесь свои деньги. Сначала я испугалась при мысли о том, что мы сожгли сто пятьдесят марок и что у нас нет и половины тех денег, чтобы вер- 

путь ему. Потом я вспомнила о криках с того берега и спросила: «Это вы так громко кричали с того берега?» Но он уверял, что его перевезли на надувной лодке на четыре-пять километров выше по реке. Ему только нужна была гражданская одежда и укрытие на несколько дней, пока все не уляжется. 

«Где мой муж?» — спросила я все еще спокойно, почти в полусне. В ответ он пожал плечами. Молодой человек расстегнул униформу и подошел к бочке с водой, которую он и в темноте нашел без труда. «Зажгите, пожалуйста, свет»,— крикнул он мне, я послушно зажгла керосиновую лампу и посветила ему. У меня дрожали руки, дрожь передалась лампе, и ее неверный свет сделал все окружающее нереальным, призрачным. Я видела игру мускулов на склоненной шее, шрамы на руках и свежую, пропитанную кровью повязку. Брызги пены летели на землю, вода плескалась на униформу, лежащую рядом с бочкой. «Ничего! — сказал он.— Грязь на помойку!» И отбросил вещи сапогом. 

Я не знала, что мне думать об этом человеке. Его денег не было, я чувствовала себя обязанной помочь ему и потому достала из шкафа костюм моего отца. Пиджак оказался слишком тесным, и мне ничего другого не оставалось, как отдать ему рабочую одежду мужа, синюю куртку и зеленые вельветовые брюки. 

Сама не своя от беспокойства, я смотрела на Эльбу. Было тихо, и казалось, ничто не предвещает опасности: водная гладь под черным небом, широко раскинувшаяся низина с пересекающими ее светлыми песчаными дорогами, деревьями и брошенные сгоревшие машины. Время от времени издалека доносились звуки взрывов, усугубляя опустошенность и сиротливость местности после суматохи последних недель. А человек, с которым прошла моя жизнь, словно сквозь землю провалился. У эсэсовского солдата, который преспокойно сжег свою униформу, наготове было сколько угодно объяснений его исчезновения. Я доверчиво слушала и обретала надежду. Я дала ему все необходимое и попросила помочь мне в поисках Йоханнеса. Но не было даже никакого следа, по которому можно было бы идти. Пропала и лодка, та самодельная лодка с веслами, удары которых по воде я слышала ночью. 


Страница 37 из 71:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36  [37]  38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   Вперед