Воронцов в Алупке
 Главная - Воронцов и его Алупкинский дворец     100 великих дворцов мира  Книги о Крыме   
Заголовок меню
А. Р. Андреев - История Крыма
Лев Гумилев - Древняя Русь и Великая степь
Татьяна Фадеева - Тайны горного Крыма
Лев Гумилев - Этногенез и биосфера Земли
Лев Гумилев - История народа хунну
Юрий Мизун, Юлия Мизун - Ханы и князья. Золотая Орда и русские княжества
Лев Гумилев - От Руси к России
В. Г. Шавшин - Бастионы Севастополя
Литвин Г. А., Смирнов Е. И. - Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г - май 1944 г)
Евгений Тарле - Крымская война
Иоганн Тунманн - Крымское ханство
Эберхард Паниц - Потерянная дочь

— Да,— сказал мужчина в очках. Видно было, что он тоже сильно устал за день, и особенно за этот час. Ему хотелось домой. Он кивнул и вновь перелистал бумаги: — Хорошо. Сделаем так: ваш сын напишет заявление, и вы возьмете ребенка на воспитание. 

П. С Аней и матерью он поехал домой, в маленький городок в предгорьях недалеко от границы. 

— Ты останешься до тех пор, пока я не устрою все как следует,— сказала мать и засуетилась, переставляя мебель. 

Лучшая комната превратилась в детскую. Приходили соседи посмотреть на девочку. Лишь считанные минуты он провел наедине с Аней. Он думал о Виктории, прекрасно сознавая: нет, она не умерла, для меня и моей дочери она отнюдь не умерла. 

Так он и сказал, когда в институте потребовали объяснений. Ему пришлось отвечать перед деканом, потому что его отсутствие было замечено и пошли слухи о бегстве Виктории. Он признал, что ему было известно о побеге, и совершенно безразлично отнесся к тому, что этим признанием положил конец своей учебе. 

— Поеду в Доббертин,— сказал он,— я и так туда собирался. 

«Два года Ганс Рихтер должен проходить проверку на производстве,— гласило решение об исключении из института,— потом он получит право снова подать заявление». 

Когда Ганс начал работать в Доббертине, были уложены первые километры труб, залиты первые фундаменты; стены электростанции, которую через три года пришлось расширять, а через десять лет заменять новой, лишь чуточку возвышались над сухими соснами на краю строительной площадки. Новый город и гигантский химический завод росли по фантастическому плану, для которого Виктория сделала кучу чертежей. Файт, партийный секретарь стройки, пожал Гансу руку и ни словом не вспомнил о Лейпциге, Дюбеке и свадьбе, в последний раз объединившей всех их. Дюбек исчез. Виктория жила в «потустороннем мире», и Ганс отнюдь не обольщался, что заменит ее в Доббертине. 

— Я хотел бы устроиться истопником,— сказал он. Файт согласно кивнул и позвонил на электростанцию. 

«Герр истопник, пора тебе наконец взяться за учебу»,— говорила Виктория на свадьбе у Файта. Но в Доббертине как раз срочно требовались истопники. 

В тесной барачной комнатушке, куда Файт направил Ганса, стояли три койки, три узких шкафа, стол и три стула. Лабуда, широкоплечий и темноволосый двадцатитрехлетний монтер, в первый же день сказал Гансу, да и позже то и дело повторял: 

— Я здесь добровольно, прошу иметь в виду. 

А Шпут, специалист по подземным работам из Верни-героде, вечно что-то выпиливал, шлифовал и сколачивал из кусочков фанеры, каждый вечер мастерил кораблики, модели самолетов и всякий раз принимался стучать молотком еще сильнее, когда Ганс входил в барак. Шпут его даже не удостаивал взглядом, а в конце недели сразу после окончания смены исчезал — уезжал к жене и трем детям. 

— Виктория Линднер , тоже была здесь добровольно,— заметил Лабуда в одно из воскресений, оставшись наедине с Гансом, и захохотал, рассматривая в зеркальце свое намыленное лицо.— Она вон там работала, в зеленом бараке. Плохо дело! 

— Да,— согласился Ганс. 

Барак тогда недавно выкрасили снаружи и внутри зеленой краской. Со всех сторон несло краской и смолой, а под окном грузовики поднимали тучи песка. Однажды Виктория сказала Гансу: «У нас на стройке царит эстетика роста, ее можно или любить, или ненавидеть». 

Лабуда заметил: 

— Она ненавидела грязь и бежала в романтику. — Что ты имеешь в виду? 

— Зерран. 

— Зерран? — удивился Ганс, словно никогда о нем и не слышал. 

— У меня есть мотоцикл, мы с ней разок съездили туда,— мимоходом заметил Лабуда, стер с лица мыло и еще долго шумно отфыркивался над умывальником. Затем он принялся энергично растирать затылок, взбудоражив целую флотилию, которую Шпут подвесил на лесках,— ганзейские военно-торговые корабли, пиратские шхуны, учебное судно «Вильгельм Пик», атомный ледокол и пароходы, курсирующие по Эльбе. 

Ганс поймал мельтешивший перед глазами трехмачтовый кораблик, задев при этом парившие над кораблями модели самолетов, покорителей небес,— четырехмоторные, реактивные. Он думал о Виктории, ее мечтах о дальних странах, вслух же произнес: 


Страница 57 из 71:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56  [57]  58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   Вперед