Воронцов в Алупке
 Главная - Воронцов и его Алупкинский дворец     100 великих дворцов мира  Книги о Крыме   
Заголовок меню
А. Р. Андреев - История Крыма
Лев Гумилев - Древняя Русь и Великая степь
Татьяна Фадеева - Тайны горного Крыма
Лев Гумилев - Этногенез и биосфера Земли
Лев Гумилев - История народа хунну
Юрий Мизун, Юлия Мизун - Ханы и князья. Золотая Орда и русские княжества
Лев Гумилев - От Руси к России
В. Г. Шавшин - Бастионы Севастополя
Литвин Г. А., Смирнов Е. И. - Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г - май 1944 г)
Евгений Тарле - Крымская война
Иоганн Тунманн - Крымское ханство
Эберхард Паниц - Потерянная дочь

— Нам надо как-нибудь потолковать,— сказал Файт. Он держал в руке две сигареты и спросил неуверенно, как в Лейпциге в день накануне ее свадьбы:—Хочешь, зайдем к нам? 

— Сейчас? 

— Эрика наверняка еще не спит. Мы живем в новом доме, вон там. 

Но Ганс хотел еще заглянуть в соседнюю яму, где завтра нужно было укладывать трубы и подключать их к компрессору. 

— В другой раз,— предложил он,— в воскресенье. Вспыхнула спичка, зажглись огоньки сигарет. Файт 

закашлялся и сказал: 

— Здесь все иначе, чем нам представлялось с позиций школьной премудрости, и все же школьная премудрость и здесь пригодится, но до этого еще далеко.— Он отвернулся, зашлепал сквозь клубы пара по грязной талой воде и без умолку говорил: — Нет, мы справимся, мы не отступим, нет! Ах, если бы здесь были такие люди, как Дюбек! Как они нам нужны! 

— Дюбек? — удивленно спросил Ганс. 

^^ — Разве ты не помнишь? 

— Помню,— сказал Ганс,— но с тех пор я о нем ничего не слышал. 

— А тогда, на письменном экзамене, знаешь, он целыми страницами цитировал Маркса,— горячился Файт,— и кричал профессору Меркелю: «Имейте в виду, я цитирую «Капитал» — страницами, слово в слово». Это было гениально! 

Брызги грязи летели в придорожный снег. Ганс сказал: 

— Там легче идти. 

Файт согласился, сошел на снег, тараторил, перескакивая с Маркса и Дюбека на Меркеля, потом заговорил о Ленине, которого сейчас перечитывал. Он бы с радостью всучил каждому на стройке список книг и заставил смотреть на учебу как на выполнение нормы. 

— Ведь Маркс и Ленин показали, как надо обращаться с наукой на практике. На практике, понимаешь? 

— Пусть,— сказал Ганс.— Но ведь Дюбек только сыпал цитатами налево и направо, а от этого толку мало. 

— Если бы он был здесь! 

— А где он теперь? Файт пожал плечами: 

— Кто его знает? — Он прошел еще несколько шагов по снегу, потом остановился, тяжело дыша.— Хуже всего, Ганс, что ведь мы должны были бы уйти гораздо дальше — теоретически, я имею в виду. Да, все оказалось намного труднее, чем мы думали, но если бы такие гениальные ребята, как Дюбек, не убегали... 

— Убежал? — спросил Ганс.— И он тоже? 

Файт покачал головой. Нет, он ничего не знал о Любеке, ничего не слышал о нем. Он имел в виду Викторию и некоторых других инженеров, в том числе тех, кто сбежал не в другой мир, а в соседний город или перешел на другую стройку, на более спокойное место. 

— Год назад гении вроде Дюбека выложили на стол великолепнейшие планы,— сказал Файт. 

— Летние планы,— возразил Ганс, повторив любимую присказку Лабуды, и указал на новый, безнадежно пустой цех.— Халтура! Ни один чертеж, ни один график выполнения работ, ни один сетевой план не соответствует действительности. Мы плетемся от одной вынужденной меры к другой. 

— И во всем виноваты дюбеки? — настороженно спросил Файт. 

Ганс покачал головой. Не ему судить, а тем более осуждать. 

— Если уж на то пошло, оставь Дюбека в покое,— сказал он,— да и Викторию тоже. Гениев здесь нет. Доб-бертин нам строить. 

Файт замедлил шаги и положил руку Гансу на плечо: 

— Ладно. Но ты обязан учиться, это твой долг — партийный долг, ясно? Сам ведь небось смекнул: то, что случилось тогда, было необходимо. 

Еще несколько шагов, и Файт вышел на протоптанную дорогу, ведущую к новостройкам города. В сумерках одно за другим зажигались окна, трех- и четырехэтажные дома, «типовые проекты», которыми Ганс восхищался в студенческие годы. Планы стали явью и во многих других городах: Хойерсверде, Дрездене, Люббенау. Всюду, как и здесь, вечерами вспыхивали цепочки огней. Жизнь давно вошла в квартиры, классные комнаты, рестораны. Раньше тоже бывали суровые зимы, когда цемент и уголь замерзали в вагонах, а автомобили, краны, машины застревали в сугробах, но, несмотря ни на что, люди возводили города. И здесь, в Доббертине, на строительстве города и фабрики, тем более нельзя отступать. Ганс так думал всерьез. 

— Я сейчас здесь, здесь и останусь — это ведь мой долг,— заявил он. 


Страница 62 из 71:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61  [62]  63   64   65   66   67   68   69   70   71   Вперед