Воронцов в Алупке
 Главная - Воронцов и его Алупкинский дворец     100 великих дворцов мира  Книги о Крыме   
Заголовок меню
А. Р. Андреев - История Крыма
Лев Гумилев - Древняя Русь и Великая степь
Татьяна Фадеева - Тайны горного Крыма
Лев Гумилев - Этногенез и биосфера Земли
Лев Гумилев - История народа хунну
Юрий Мизун, Юлия Мизун - Ханы и князья. Золотая Орда и русские княжества
Лев Гумилев - От Руси к России
В. Г. Шавшин - Бастионы Севастополя
Литвин Г. А., Смирнов Е. И. - Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г - май 1944 г)
Евгений Тарле - Крымская война
Иоганн Тунманн - Крымское ханство
Эберхард Паниц - Потерянная дочь

В те дни численному преимуществу завоевателей, их превосходству в вооружении защитники противопоставляли удаль и мужество, инициативу и находчивость - неотъемлемые черты русского народа. 

Большие потери понесли защитники пятого бастиона. Чтобы сберечь человеческие жизни, командир Полтавского полка полковник князь С. С. Урусов, один из лучших шахматистов России, чемпион Москвы и Петербурга предложил сыграть партию в шахматы с любым из осаждавших Севастополь на траншеи перед пятым бастионом. Начальник Севастопольского гарнизона Д. Е. Остен-Сакен не сомневался в его победе, но все-таки отклонил предложение храбреца. От солдат, матросов и офицеров не отставали и жители Севастополя. Вблизи редута Шварца, на батарее Г. Н. Забудского (на этом месте сейчас площадь Пирогова), вместе с матросом 2 статьи 37-го флотского экипажа Тимофеем Пищенко сражался его десятилетний сын Николай. 27 марта 1855 г. отец погиб. Коля попросил разрешения перейти на редут Шварца, состоять при кегорновых мортирах. По свидетельству очевидца: "Это самый знаменитый громовой редут нашей второй линии, от него очень близки неприятельские батареи, а траншея всего только в шагах 70-80. Из этой траншеи французы бросают в редут из небольших мортирок небольшие же бомбы и гранаты (1/4-1/2 пудового калибра), причиняющие нам очень большие потери. С нашей стороны на редуте действуют в неприятельскую траншею девять тоже маленьких кегорновых мортир, также не любящих шутить во французской траншее". Находясь при них безотлучно день и ночь и подвергаясь постоянным опасностям, Коля Пищенко, несмотря ни на какие убеждения, не хотел расставаться с означенными мортирами, говоря: "Маркелами{*18} заведую, при них и умру". 

Один из участников обороны писал: "Он мстит врагам за смерть своего отца и бомбы Николкиной батареи в неприятельской траншее страшнее и гибельнее пушек великанов. Можно долго любоваться Николкой, когда он с фитилем в руках беспрестанно снует от одной мортирки к другой, ловко прикладывая фитиль к затравке, его дядька, старый служивый моряк-артиллерист, не поспевает заряжать за ним". Узнав от командира редута лейтенанта Д. С. Ханджогло о юном герое и исключительной меткости его огня, главнокомандующий русской армией князь М. Д. Горчаков наградил Николая Пищенко серебряной медалью "За храбрость" и приказал отправить его в Петербург в школу кантонистов. Позже медаль заменили на знак отличия Военного ордена. Когда юный бомбардир уезжал в столицу, ему еще не исполнилось одиннадцати лет, но он имел за плечами одиннадцатилетний стаж воинской службы. Указ царя о том, что месяц сражений во время обороны засчитывать за год, распространялся и на Николая Пищенко. 

Участником героической обороны города стал и одиннадцатилетний Костя Станюкович, впоследствии известный русский писатель. Он родился и вырос в Севастополе, в семье вице-адмирала М. Н. Станюковича, в период обороны командира Севастопольского порта. Костя готовил корпию{*19}, за что был награжден медалями "В память Крымской войны 1853-1856 гг." и "За защиту Севастополя". Событиям Крымской войны и обороны города он посвятил рассказ "Кириллыч", повести "Маленькие моряки" и "Севастопольский мальчик". В них Станюкович рассказал о героизме жителей города, самоотверженности солдат, матросов и офицеров. 

Дети, оставшиеся в осажденном Севастополе, собирали ядра, картечь, пули и, конечно, играли в войну. Они делились на два лагеря, строили баррикады и дрались между собой, бросая друг в друга ядра и бомбы, слепленные из глины. Если кому подбивали нос или глаз, относили на "перевязочный пункт". Однажды устроили ребятишки бомбардировку. Раздались крики раненых. Сбежались матери, разобрали драку и выпороли начальников одной партии "Канробера" и "Раглана". Ухватились за третьего мальчика. "Меня не за что сечь, - завопил он, - я князь Меншиков, я ничего не делал...". 


Страница 33 из 45:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32  [33]  34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   Вперед